• ru
  • fi
18+
Главная / Статьи и новости / Общество

Эстония страшна, как второе Купчино

Эстония страшна, как второе Купчино
28 декабря 2016 / Теги: Политика

«Ни мира, ни войны», «Война судного дня» и «Хельсинки-3» - сценарии безопасности, разработанные экспертами Российского совета по международным делам для Прибалтики. Потому что Балтийский регион - угроза для Европы.

Военный парад в Нарве в 2015 году, который прошел в 200 метрах от российской границы и в 145 км от Петербурга, обеспокоил ученых, которые дают советы Министерству иностранных дел. Российский совет по международным делам в декабре 2016 года подготовил «Сценарии безопасности в условиях политической напряженности» для Прибалтики. Вероятность военного конфликта мала, но не исключается. Чтобы войны не случилось, надо звонить в Вашингтон.

Российский совет по международным делам – крупнейшая российская некоммерческая общественная организация. Учредители – МИД, Минобрнауки, Академия наук, Российский союз промышленников и предпринимателей и Интерфакс. Во главе – экс-министр иностранных дел Игорь Иванов, в совете директоров соседствуют владелец «Альфа Групп» Петр Авен, пресс-секретарь президента  Дмитрий Песков и замминистра иностранных дел Алексей Мешков. Цели – не только аналитика и образование, но и выработка «практических рекомендаций российским организациям, министерствам и ведомствам, задействованным во внешнеполитической деятельности».

В декабре РСМД опубликовало документ, именуемый «Рабочая тетрадь «Россия и Прибалтика: сценарии безопасности в условиях политической напраяженности».

На тридцати страницах эксперты проследили динамику изменения количества вооружений в регионе и сделали выводы. Регион Балтийского моря, который после 1991 года долгое время считался «территорией относительного благополучия», начал милитаризоваться ещё до «Крыма», а после «Крыма» «проблема вышла на первый план». По мнению авторов работы, «регион эволюционирует к модели гибридного конфликта», и, пусть и потенциально, но «приближается к военному противостоянию».

Вариантов развития событий в РСМД видят три. Первый – «Брестский мир» – ни войны, ни мира, информационное противостояние и склоки на ближайшие пять-семь лет.

Второй – «Война судного дня». Война, которую эксперты предсказывают как локальную.

Третий вариант – «Хельсинки-3» – переговоры, длительные, но с надеждой на прогресс в отношениях.

Радует, что шансы войны оцениваются всего в 5 процентов. Впрочем, шансы на успешные переговоры – в те же 5 процентов. Скорее всего, считают специалисты РСМД, продолжится унылое противостояние. которое рано или поздно приведет либо к «Войне судного дня», либо к «Хельсинки-3».

«Фонтанка» узнала у основного автора «Рабочей тетради» – профессора кафедры европейских исследований факультета международных отношений Петербургского университета, доктора экономических наук Николая Межевича, как нам обойтись без войны с Эстонией. 

- Николай Маратович, вы видите три варианта развития отношений России и прибалтийских государств. Больше всего пугает и интересует ваш второй сценарий – «Война судного дня», которую вы видите как локальный конфликт. Вы рассматриваете вероятность именно локального конфликта, несмотря на то, что страны, о которых мы говорим, – члены блока НАТО?

– Не все. Финляндия и Швеция не совсем в НАТО. Это не очень понятный статус ассоциации, устных и частично письменных гарантий, формальных и неформальных. Говорить, что весь регион в НАТО, – преждевременно. Мы исходим из того, что сознательно и специально устраивать большую войну не хочет никто. И мне, и моим коллегам приходилось немало общаться с политиками, с экономистами, с представителями экспертного сообщества Эстонии, Латвии и Литвы, После пятой рюмки все признают, что какого-то разумного, приемлемого решения военного конфликта, устраивающего Прибалтику, не существует. Неизвестно, кто победит, но Прибалтики в результате не будет в любом случае.

Наши соседи это понимают, и им это не нужно. Мы написали этот сценарий, потому что война, вооруженный конфликт возможны из-за факторов случайных. 

Например, у России есть остров Малый Тютерс, а у Эстонии есть остров Вайндлаа, и расстояние между ними – 16 километров, коридор движения воздушных судов. Трех месяцев не проходит, как эстонский МИД вызывает нашего посла: ваш самолет на 15 секунд, может быть, зашел в эстонское воздушное пространство. То ли задел крылом, то ли не задел, но при очень большом желании и не очень большом уме и политическом опыте можно устроить конфликт и из этого.

- Понятно, самолеты иногда залетают не туда, люди иногда ошибаются. Выстрел может быть. Но война – это же нечто другое? Это ракетно-артиллерийские удары, это, в конце концов, вступление вооруженных сил на территорию противника. Кто, с вашей точки зрения, может являться той стороной потенциального конфликта, которая введет свои войска на территорию сопредельного государства и оккупирует его?

– Полвека назад авторитетнейший американский эксперт Герман Кан написал закрытый доклад об эскалации и привел иерархию 47 уровней эскалации, показал, как плевок в сторону государственной границы может перерасти в атомную войну. Если мы обратимся к этому классику, мы увидим, что первый ход может привести к ответному ходу, который может быть предпринят даже без высоких политических согласований. Дальше цепочка, которая ведет к локальному конфликту.

- Как может остаться локальным конфликт между Россией и государством – членом НАТО? Вы полагаете, что в случае гипотетического вооруженного конфликта между Россией и Латвией или Эстонией НАТО может остаться в стороне? Тем более что, как вы сами указывали, в этих странах присутствуют подразделения НАТО, пусть и символические по численности? НАТО может отойти в сторону и посмотреть, что получится у России с Эстонией?

– Дело в том, что сейчас в США приходит новая администрация. Один из людей, которые активно работали в команде Трампа, прямо сказал, что устраивать третью мировую войну и подвергать риску Америку из-за пригородов Петербурга он лично не хочет. Имелась в виду, конечно, Эстония. Эстонцы, конечно, безумно обиделись. Хотя и географически, и демографически по отношению к петербургской агломерации Эстония может рассматриваться ну... не как пригород, а как сосед. Ещё одно Купчино. Да, я допускаю, что НАТО может оказаться в стороне, в случае если конфликт будет спровоцирован Эстонией, её регулярными или нерегулярными силами, вроде Кайтселийта (Кайтселийт – Союз обороны Эстонии, добровольческое военизированное формирование. – Прим. ред.).

- У меня перед глазами таблица, которую вы привели в докладе. В эстонских вооруженных силах 5800 человек. Если приплюсовать добровольческие формирования – ну, пусть будет 10 тысяч. Эстонский флот внушает ужас – ни одного корабля основных классов. Сколько танков? Нет танков. 376 артиллерийских орудий против 4 с лишним тысяч российских, не считая 22,5 тысячи на консервации. Что будет с Россией, если Эстония обрушит на нас всю свою мощь?

– Я просто исключаю, что это может быть сделано сознательно. Но повторюсь, начаться любой конфликт может с ерунды. Например, помещение российского пограничного поста находится посередине реки Нарова. Камешком до Эстонии можно докинуть. Кто даст гарантию, что в какой-нибудь праздник пьяный кайтселийтщик не выстрелит в сторону российского пограничного поста?

- В конце ноября в Великобритании появился доклад Королевского объединенного института оборонных исследований. Авторы советуют прибалтам готовиться к партизанской войне.

– Из всех сумасшедших идей, которые я слышал последнее время, эта самая сумасшедшая. Есть так называемая теория партизанской войны, есть серьезные работы по специфике партизанской войны в различных регионах. Но попытки перенести опыт Прибалтики сорок четвертого – пятьдесят пятого года на современность не очень продуктивны. Партизанская война невозможна прежде всего по той причине, что ни Эстония, ни Латвия, ни Литва категорически не нужны Российской Федерации – ни с экономической, ни с географической, ни с политической, ни с военной, ни с какой точки зрения.

- Они нам не нужны, значит, мы на них нападать не будем. А мы им нужны? Эстонцы собираются штурмовать Петербург? Где основания для конфликта?

– Прекрасный вопрос. Представьте себе: вы идете с работы, а я вам в сумку пытаюсь подложить три больших кирпича. Проблем много, а удовольствия никакого. Они нам не нужны.

Зачем мы им? Вот знаете, тут без постмодернизама не обойтись. Своего рода рефлексия. Почитайте их новости – постоянное позиционирование  в системе свой-чужой: их жилищно-коммунальное хозяйство – наше жилищно-коммунальное хозяйство, их земельная реформа – наша земельная реформа, их школа – наша школа. Ни с одной другой страной Эстония, Латвия и Литва себя не сравнивают. Это историческая, намертво засевшая в головах политиков память. Во-первых, оккупационный миф. Во-вторых, постоянная попытка объяснить сегодняшние проблемы, которых очень много, через советскую историю. 25 лет прошло, а Советский Союз по-прежнему во всём виноват. Например, вчера в Литве была большая дискуссия на тему: почему литовцы так много пьют. Договорились, что это потому, что Литва была оккупирована Советским Союзом.

- Поэтому они должны ввести к нам танки? У них есть три.

– Танки они, конечно, к нам не введут, но быть политическим раздражителем, экономическим раздражителем, провоцировать конфликты на уровне юрисдикции Европейского Союза и НАТО... для этого танков вообще не нужно. Нужны авторучка и ноутбук.

- Я просмотрел таблицы и наблюдаю некоторое противоречие. В тексте «Рабочей тетради» вы говорите о постоянном наращивании вооружений. Но если посмотреть в таблицах цифры, касающиеся личного состава, вооружения и военной техники, находящихся в регионе, то с 2000-го по 2015 год мы видим снижение практически у всех стран по всем позициям – кроме некоторых колебаний у прибалтийских республик, которые по сравнению с российскими силами находятся в пределах арифметической погрешности. Получается, что количество войск и вооружений в регионе снижается, а не растет?

– Первое. Цифры не дают полного представления. Ротационный принцип обеспечивает профессиональную подготовку и обкатку техники, которая потом уезжает за пределы рассматриваемого региона, но всегда готова вернуться в случае возникновения конфликта. Таким образом, в каждый конкретный момент времени техники относительно немного, но инфраструктура всё время совершенствуется. Сколько бы ни было танков сегодня в Литве, но инфраструктура Клайпедского порта позволят сделать так, что их там может оказаться двести, триста или четыреста.

Дело не в количестве техники, дело в подготовке инфраструктуры. А главная проблема – то, что провалы в экономике, социальной сфере и политике списываются на оборонные приготовления. Людям объясняют, что это не работает, здесь плохо, здесь мы отстали, потому что, извините, мы готовимся к войне. Вот министерство обороны Литвы издало популярные брошюрки для гражданского населения на тему, что делать в случае войны. Это грустно.

- Да, в Литве страшная гонка вооружений. За 15 лет количество артиллерийских орудий с 42 довели до 48. Пытался найти данные по флоту и танкам, но, похоже, их нет.

– Есть-есть. Там в конце итоговая инфографика. Посмотрите.

- Посмотрел. Флота нет, танков нет. И они хотят с нами воевать?

– Правящие круги хотели бы, не воюя с Россией, иметь постоянную индульгенцию в глазах собственного народа на политические, экономические, социальные недоработки своих правительств и законодательных органов. Списывать на российский фактор всё, и пока объективно у них это получается. Собственно, гонка вооружений велика не так в количественном выражении,  как в сознании граждан.

- Учитывая невыразимую военную мощь прибалтийских республик – нам не наплевать?

– Не наплевать. Мощь прибалтийских республик заключается в реконструированной, существенно обновленной инфраструктуре, которая готова в любой момент принять мощные соединения с тяжелой техникой. От Нарвы до Петербурга всего 145 километров.

- Задача РСМД – не только проводить оценку ситуации, но и давать рекомендации. Что посоветуете делать?

– На основании своего 30-летнего опыта могу сказать, что, несмотря на то, что оптимизма осталось мало, несмотря на то, что политический класс Эстонии, Латвии и Литвы настроен на предельно агрессивную риторику, мы должны договариваться.

Но вопрос – с кем? Договариваться с Таллином, Ригой и Вильнюсом? Или, как нам говорили в том же Таллине: «Ребята, не беспокойте нас по пустякам. Если есть вопросы – звоните сразу в Вашингтон».

Беседовал Денис Коротков, "Фонтанка.ру"

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Написать комментарий:

Вы можете оставить комментарий, авторизировавшись.